г. Воронеж, ул. Пушкинская, 12

(473) 276-63-64

Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

 

В 2018 году отмечается 70-летие принятия ООН Всеобщей декларации прав человека

 

Правозащитник Андрей Юров в Воронеже: «Мы защищаем не педофилов и геев, а людей, которых насилуют, бьют и убивают»

 vvrn2.png

Создатель «Молодежного правозащитного движения» рассказал о том, сколько миллионов организация тратит на проекты, кто политизирует ситуацию вокруг выселения ДПЧ и почему правозащитники будут защищать права националистов и ЛГБТ

Отказ мэрии продлить аренду Дому прав человека (ДПЧ), который вот уже два десятка лет находится на Цюрупы, 34, стал главной темой встречи правозащитников, властей и представителя аппарата уполномоченного по правам человека Воронежской области в пятницу, 23 августа.

- Речь не идёт о существовании или не существовании ДПЧ. Мы совместно с аппаратом уполномоченного пришли к выводу, что  должен состояться диалог, - заявил Александр Холод, начальник отдела социально-политических проектов областного управления региональной политики. -  Хотелось бы обратить внимание на то, что вопрос  хозяйственный, а не политический.

Как оказалось, Воронежской области уже и так хватает репутационных потерь - например, ситуация в Новохопёрском районе. И добавлять новых вроде ультиматумов властям и пикетов возле посольств не стоит, да и к тому же тему выселения Дома прав человека уже знают на самом высоком уровне. Об этом рассказал член совета при президенте России по развитию гражданского общества и правам человека Андрей Юров, который в качестве гостя принял участие в рабочей встрече.

- Я из Воронежа, поэтому ко мне по разным поводам обращаются члены Совета. В четверг было заседание Совета по подготовке встречи с президентом, которая должна состояться 4 сентября. Одним из вопросов повестки было выселение ДПЧ, - пояснил Андрей Юрьевич. - Начиная с мая, когда у нас были первые проблемы, к нам обращаются с просьбой не политизировать ситуацию.

Впрочем, обсуждения так и не получилось – на встрече «из-за слишком позднего приглашения» не смогли присутствовать представители городского управления имущественных отношений и отдела по работе с молодежью. Поэтому уже за закрытыми от СМИ дверями участники приняли лишь решение создать рабочую группу. Однако работать она начнёт не ранее дня выборов мэра Воронежа – 8 сентября.

 «Я не говорю о безвозмездной аренде»

О работе Дома прав человека корреспондент «Время Воронежа» поинтересовался у создателя ДПЧ – Андрея Юрова.

- Андрей Юрьевич, когда заканчивается аренда у ДПЧ?

- Формально 25 августа. Но у МПД нет никаких задолженностей. А Конфедерация свободного труда (КСТ) за 20 лет уже окупила саму стоимость этого помещения.

- Когда аренда стала безвозмездной?

- Она и не стала. Были понижающие коэффициенты. По полной цене аренда не соответствует вообще ничему. В любом бизнес-центре снять в два раза дешевле.

- Почему терпели и до сих пор не сняли?

- Во-первых, не хочется переезжать, да и у нас на это нет денег. Мы много вложились в ремонт. Кроме того, это место много лет знают. Каждый год на протяжении многих лет не менее тысячи граждан в год получали помощь. Да, немного, но это же все вообще открывалось за бесплатно – без грантов и всего прочего.

- Вас бы не устроило, если ДПЧ дали другое муниципальное помещение?

- Устроило бы…

- А как же хозяйство, переезд?

- В бизнес-центре снимать – это тоже в любую секунду тебя могут вышвырнуть. Многие общественные правозащитные организации получали имущество в разных городах помещения на долгосрочную аренду. У нас у КСТ аренда на 10 лет. Стоит зайти на первый этаж на Цюрупы и посмотреть, в каком виде там все.

- Большие помещения сейчас у МПД и КСТ?

- 60 «квадратов» офисные и столько же – коридоры и прочее. Работают порядка 40-50 человек, включая волонтеров.  Ведь ДПЧ – это неформальное, незарегистрированное, но официально объявленное сообщество 12-15 некоммерческих организаций, которые там сидят. Двое – МПД и КСТ – арендуют. Остальным мы предоставили юридический адрес.

Да, и я не говорю о безвозмездной аренде. Я бы предложил прозрачную для всех НКО, которые не занимаются бизнесом и политикой.

«В последние три года бюджет МПД был максимум $60-70 тысяч»

- В интервью воронежскому СМИ Александр Друк, директор МПД, заявил о том, что его организация за три последних года потратила на свои проекты не $22  млн, а 22 миллиона рублей. И вроде бы на сайте МПД доступны отчеты о том, куда пошли эти средства.

- Может быть, он имел в виду десять лет…  то да.

- Речь о трех годах. Спорных, о которых идёт речь.

- А 22 млн рублей это сколько? Сколько в долларах? Давайте посчитаем. На три года. То есть 7 млн рублей в год. Бюджет МПД максимально в последние три года был тысяч 60-70 долларов. В год. Это разные гранты. В том числе от Совета Европы, например. Есть пожертвования и членские взносы, но это мизерная часть. Например, грант от ООН – мы открыли музей декларации всеобщих прав человека.

- Во время рабочей встречи вы заявили о том, что этот конфликт пытаются политизировать. Почему?

- Да. Причем все: и сторонники, и противники. Одни говорят о «кровавом режиме, который раздавит ДПЧ», а те наоборот – что мы защитники меньшинств и прочего. А нам, правозащитникам, нужно защищать всех. Когда к нам приходит иностранный студент, побитый фашистом, мы его защищаем. А когда из фашиста начинают выбивать показания, нам приходится защищать его. В этом смысле мы должны быть полностью деполитизированными.

«Правозащитники всегда защищают меньшинства»

- Андрей Юрьевич, как вы относитесь к ЛГБТ и к Пусси Райот?

- Если вы говорите, что я вышел на митинг «да здравствует Пусси Райот», - никогда в жизни я такого не сделаю. Если это будет касаться приговора и права на свободу слова, то это совсем другая вещь. А по поводу ЛГБТ – должно ли у любой организации, не призывающий к насилию и свержению строя, быть право выходить на улицу? Должно. Даже у националистов, и у ЛГБТ. Пока нет призывов к насилию и агрессии, пускай выходят разные. Правозащитники будут защищать и тех, и других. Потому что если им запретят выходить, то завтра запретят либералам, потом журналистам.

Есть одна проблема – правозащитники всегда защищают меньшинства. Поэтому общая дискуссия закончится только одним – распни их. Потому что мы защищаем неприятных людей. Причем часто тех, кто друг друга ненавидит. Мы не геев и кавказцев защищаем, а людей от произвола.

Мы защищаем не педофилов и геев, а людей, которых насилуют, бьют и убивают. Вопрос принципиальный – либо есть человек и его достоинство, либо есть хорошие и плохие.

Зачастую обыватели защиту человека и его достоинства перетаскивают на защиту его идей. Большинство людей, которых я защищаю в жизни, мне их взгляды не приятны. Но я их буду защищать.

- Не так давно Воронеж прославился на весь мир из-за «митинга против гомофобного закона»…

- Да, вошел во все сводки как город, где бьют геев. Нам как правозащитникам от этого очень плохо. Понимаете, нам говорят – вы 20 лет работаете, а у вас бьют геев. Кто-то считают, что правозащитникам нужно, чтобы было плохо. Если здесь избивают иностранных студентов или геев, нам обязательно бросят в лицо на международной конференции – где же ваша работа?

- И могут лишить грантов?

- Мы сейчас на гранты не живем. Да и обычно ругают одни, а дают другие…  Вообще, в правозащитном движение важнее не деньги, а репутация.

«Я буду думать, что листовки выпустили радикалы»

- Андрей Юрьвич, кто обращается в ДПЧ?

- 95 процентов - это бабушки, ЖКХ, увольнение с работы, бывший полицейский, которого свои же избили. А геев и всех прочих в год приходит, может, человека три. За три последних месяца я ни одного не видел. Кому-то нужно представить правозащитников вот такими...

- Результативность помощи какая?

- 50 на 50. Если это отработанные и простые вещи, то результативность очень высокая. Если же приходит бабушка, что ее внука избили в полиции, нет свидетелей и так далее, тут сложнее.

- Почему правозащитники не могут заявить о том, что они не поддерживают, например, геев. А защищают лишь тогда, когда бьют людей, и при этом нет разницы, участник ли он ЛГБТ или нет?

- Кто про это писать будет? Журналистам нужен скандал. Либо с той, либо с другой стороны. Давайте посмотрим, сколько людей попытаются освещать, что вот эта ситуация в ДПЧ решается в конструктивном формате? Это никому не интересно. Нужно побоище, тогда будет интересно.

- Андрей Юрьевич, вы в курсе, что Воронеж в последние дни заполонили листовки, в которых от лица МПД неизвестные обращаются за поддержкой? Там написано, что «за последние два года мы потратили 22 миллиона американских рублей на борьбу с тоталитаризмом в России». И, конечно же, упоминают о том, что МПД защищают права сексменьшинств и оппозиции и учат протестовать.

- Я будут думать, что эти листовки выпустили радикалы. До определенного момента не было политизированности и никаких требований.

ЗНАЙ!

Основные организации, на базе которых работает Дом прав человека, - это Конфедерация свободного труда и Молодежное правозащитное движение.

У КСТ на июнь этого года долг за аренду помещения на Цюрупы, 34, вместе с пеней составляет 931 тысячу рублей.

МПД арендует помещение последние три года безвозмездно. Текущий договор заключили в 2010 году, срок его действия истёк в марте этого. По данным правозащитников, отказа на обращение о продлении договора пока не поступало.

 

Виктор Барт  Время Воронежа

Яндекс.Метрика